----------- Собственно произведение ---------------> Викентий Викентьевич Вересаев ПУШКИН В ЖИЗНИ Сис..
А на другой стороне вдали расстилался город огромный, и главы его храмов сверкали в огненном отблеске вечернего солнца. На высоком берегу стояли два юноши. Оба, на заре жизни, ..
За холмы, где паляща хлябь Дым, пепел, пламень, смерть рыгает, За Т..
Тут не одно воспоминанье.
Тут жизнь заговорила вновь.
Ф. Тютчев
Федор Иванович Тютчев — непревзойденный лирик. Его перу принадлежат прекрасные стихи, посвященные русской природе. Поэт не только восхищается природой, он передает ее внутреннее состояние с мельчайшими оттенками, нюансами цвета и звука; в его стихах много полутонов, шорохов, теней. Они приближают нас к реальному миру, в котором жил и творил Ф. И. Тютчев.
Где вы. Гармонии сыны?..
Сюда!... и смелыми перстами
Коснитесь дремлющей струны,
Нагретой яркими лучами
Любви восторга и весны!..
Стихи о любви и природе так тесно переплетаются, что порой трудно определить, чему большее предпочтение отдает автор. Для него любовь — это гармония сердец, которая не возможна без связи с окружающим миром. Только в совокупности этих чувств человек может быть счастлив.
Слыхал ли в сумраке глубоком.
Воздушной арфы легкий звон,
Когда полночь, ненароком.
Дремавших струн встревожит сон?..
Вероятно, дружба с немецким поэтом Гейне подтолкнула Тютчева к переводу его стихов. Но Федор Иванович не просто построчно передает смысл стихотворения. Он придает произведению свой лирический тон, хотя наиболее близко к оригиналу, смог сохранить метрическое своеобразие подлинника:
На севере мрачном, на дикой скале
Кедр одинокий под снегом белеет,
И сладко заснул он в инистой мгле,
И сон его вьюга лелеет.
Как бы ни были прекрасны переводы Тютчева, благодаря I которым мы читаем стихи великого Гейне, близкие к подлиннику, хочется отдать предпочтение его оригинальной поэзии.
Есть в светлости осенних вечеров
Умильная, таинственная прелесть:
Зловещий блеск и пестрота дерев,
Багряных листьев томный, легкий шелест...
Поэт относится к природе как к живому существу, в его стихах много олицетворений. Он не просто созерцает прекрасные и величественные картины мира, а внутренне беседует с ними, ощущает свою связь с окружающим.
Здесь, где так вяло свод небесный
На землю тощую глядит, —
Здесь, погрузившись в сон железный,
Усталая природа спит.
Лишь кой-где бледные березы,
Кустарник мелкий, мох седой,
Как лихорадочные грезы,
Смущают мертвенный покой.
В стихотворении “Летний вечер” поэт выступает как превосходный певец природы, умеющий, по словам Некрасова, “уловить именно те черты, по которым в воображении читателя может возникнуть и дорисоваться сама собою данная картина”.
Уж солнца раскаленный шар С главы своей земля скатила,
И мирный вечера пожар
Волна морская поглотила...
И сладкий трепет, как струя,
По жилам пробежал природы.
Как бы горячих ног ее
Коснулись ключевые воды.
Появлявшиеся в печати стихи Тютчева привлекали к себе внимание читателей и критиков. Они отмечали оригинальность восприятия поэтом природы. Он видел ее сердцем, душой, а не одними глазами. Будучи дипломатом, Тютчев долгое время живет за границей, а вернувшись в Россию, заново привыкает к ее природе.
О Север, Север-чародей,
Иль я тобою околдован?
Иль в самом деле я прикован
К гранитной полосе твоей?
О, если б мимолетный дух.
Во мгле вечерней тихо вея,
Меня унес скорей, скорее
Туда, туда, на теплый Юг...
Тютчев всегда был патриотом России, в этом нет никакого сомнения. Разве мог бы писать такие прекрасные стихи равнодушный человек?
Эти бедные селенья,
Эта скудная природа —
Край родной долготерпенья,
Край ты русского народа!
Гордый взор иноплеменный,
Что сквозит и тайно светит
В наготе твоей смиренной...
Поэт не критикует свою Родину, он принимает ее такою, какой она есть. Хрестоматийными стали сегодня слова, написанные поэтом для себя:
Умом Россию не понять,
Аршином общим не измерить,
У ней особенная стать —
В Россию можно только верить.
И он верил беззаветно в великую миссию России.
Тем временем:
... Исполняя последнюю волю умирающего отца моего, определили ко мне опекуном внучатного его брата, Ивана Степановича Белозерского. Сиротство мое прекратилось с той самой минуты, как я вступил в дом этого почтенного человека; но прежде, чем я стану говорить о самом себе, мне должно познакомить вас покороче с семейством Белозерских и с уединенной деревнею, в которой я взрос, образовался и провел большую часть моей молодости, - теперь я далеко от нее; но, быть может, мне удастся еще раз взглянуть на это мирное убежище моего детства, и тогда - если господь будет до конца ко мне милостив - я весело засну, спокойным, но не вечным сном, без скорби и отчаяния, а с теплой верой, что минута пробуждения будет для меня и для всех моих минутой радости и неизъяснимого блаженства. Иван Степанович Белозерский вступил в службу в достопамятный год Чесменской битвы и знаменитой победы под Кагулом. Он служил в гвардии. На двадцать девятом году влюбился в сестру своего начальника, милую, добрую и прекрасную девушку; на тридцать втором обвенчался с нею, через год она родила ему дочь; потом, в 1790 году. делал шведскую кампанию; дрался, как лев, в сражении под Абесферсом и за отличие произведен в капитаны. Вскоре затем вышел за ранами в отставку с чином бригадира и отправился с женою и дочерью на житье в свое наследственное поместье - но не для того, чтоб порскать за зайцами. Он занялся благосостоянием своих поселян, и хотя соседние дворяне называли его плохим экономом, потому что он думал о выгодах своих крестьян столько же, сколько о своих собственных, но, несмотря на это, доходы его с каждым годом умножались, мужички богатели, и, начиная от барского двора до последней избы, от помещика до крестьянина, везде благодарили господа, и все жили припеваючи. "Чудное дело. - толковали меж собой соседи, - этот Белозерский вовсе не радеет о своей пользе, а все так-то ему в руку идет!..
